Радио

Батарейка «Крона», небольшой пьезоэлектрический динамик, генератор переменного тока на одном транзисторе, трансформатор и счетчик Гейгера в футляре от зубной щетки.

Дворец пионеров. Город Курган. 1980-е годы

Итак, мама привела меня к дверям Дворца пионеров и я выбрал радиокружок.

Это оказалось важным событием, которое позже принесло много интересного и изменило мою жизнь. Через него я познакомился с совершенно новым и другим миром.

С приходом в радиокружок в моей жизни появился еще один любимый и магический запах — запах канифоли. Канифоль делают из смолы хвойных деревьев и используют при пайке — она растворяет тонкую пленку окиси и позволяет припою крепко сцепиться с медью проводов. Она плавится под воздействием нагретого паяльника, начинает испаряться и наполняет комнату очень густым и ярким запахом похожим на запах ладана.

Занятия в радиокружке были неразрывно связаны с этим теплым, сладковатым запахом. Он начинался еще от лестницы, сгущался при приближении к дверям кабинетов, внутри которых всегда было тепло и уютно, даже в самые холодные зимние дни.

Дорога до кружка была небольшим приключением. Это дальше чем школа — нужно было дойти до Вокзала, конечной остановки 30 автобуса за Дворцом железнодорожников, проехать три остановки, пройти пешеходный переход рядом с Главпочтамтом, открыть огромные, тяжелые, деревянные двери Дворца пионеров, оставить верхнюю одежду в гардеробе на первом этаже и бегом греться на третий.

Мы изучали как работают полупроводники, как устроены транзисторы и микросхемы. Подключали генератор переменного тока к осциллографу и смотрели как выглядит синусоида. Разбирали и распаивали списанные приборы и собирали свои радиоприемники, генераторы и усилители. Мир вокруг меня обрастал деталями, и постепенно становился все сложнее и интересней.

В 1986 году произошла авария в Чернобыле, и стали популярны дозиметры — многие стали переживать за качество привезенных с юга фруктов и овощей.

Используя счетчики Гейгера, из старых списанных военных приборов, один из учеников кружка придумал и собрал простой дозиметр. Он не показывал уровень радиации, он просто издавал щелчок в тот момент когда фотон излучения попадал в счетчик, и если его подносили к зараженному предмету он попросту начинал чаще щелкать или трещать. Этого было достаточно чтобы определить заражен продукт или нет.

Самое интересное в этом — я стал делать такие приборы на продажу. Мы продавали их через магазин «Сделай сам», получая от этого небольшую прибыль. Нет, это был не стартап и не моя идея, я просто делал то, что мне предложил руководитель.

Прибор состоял из батарейки «Крона», простенького генератора переменного тока на одном транзисторе, трансформатора, намотанного вручную на ферритовое кольцо, который создавал высокое напряжение необходимое для работы счетчика Гейгера и небольшого динамика. Я разработал плату, компоновку и все это каким-то образом помещалось в футляр от зубной щетки. Я совершенно не помню стоимость этого прибора, и сколько экземпляров мне удалось сделать, может быть штук 50, а может больше, но для школьника это был крутой опыт.

После, руководитель кружка отправил меня на какую-то конференцию или конкурс в другой город. Я подготовил доклад об этом приборе и этой активности с продажей, рассказал как мы его делаем, почему он важен, и даже занял на этом конкурсе какое-то, возможно первое место. Эта была первая самостоятельная поездка в другой город, общение с совершенно незнакомыми и крутыми людьми, выступление на публике. К сожалению я не помню, что это был за город, возможно Челябинск, а возможно и Свердловск.

И конечно же мы учили Азбуку Морзе. На крыше Дворца пионеров была установлена огромная антенна. Её видно на фото. В отдельном кабинете стояли радиостанции, с помощью которых можно было выйти в эфир на определенных частотах, используя специальные позывные, и разговаривать с такими же радиолюбителями из других городов и стран с помощью Азбуки Морзе или голосом. Например, RA9RW — позывной руководителя кружка. Все это называется «Радиоспорт».

Уже позже, в седьмом классе, в школе появился предмет, единственный, который я любил, понимал, и получал по нему только пятёрки — физика. В остальном школа, как и для большинства из нас, была тяжелой каторгой с непонятными требованиями и знаниями без цели.

В класс «Г» попали ребята из не очень благополучных семей, те кто сдали вступительные тесты чуть хуже тех, кто попали в «А» и «Б». Я был одним из них, но скромным и забитым, ребенком без отца, которого до пятого класса в школу водила за ручку бабушка. Ей было просто скучно, а мне за это доставалась куча насмешек и издевательств.

Совершенно новым и другим миром, полной противоположностью того, в котором я жил, стал мир, в который меня привел радиокружок. Это был мир Театра.